Отсутствие вашей судимости- это не ваша заслуга,а наша недоработка.Ф.Э.Дзержинский

Подогреть на кипучую деятельность можно на ЯндексДеньги №410013391858687


Previous Entry Share Next Entry
"Первомай"
ivanetsoleg


Из заключительной речи Августа Шписа на суде:
"Ваша честь, обращаясь к суду, я говорю как представитель одного класса представителю другого ...

... Если вы думаете, что, повесив нас, вы сможете уничтожить рабочее движение.., движение угнетенных миллионов, миллионов, которые тяжко трудятся в нищете, ожидая избавления, - если это ваше убеждение, тогда повесьте нас! Вы пытаетесь потушить пожар, но здесь и там, за вами и перед вами, и повсюду пламя разгорается. Это - подземный огонь. Вы не сможете его погасить.

... Таковы мои убеждения. Они составляют часть моего «я». Я не могу отказаться от них, да и не хотел бы, если бы мог. И если вы полагаете, что вы можете уничтожить эти убеждения, которые с каждым днем получают все большее распространение, если вы полагаете, что можете уничтожить их, послав нас на виселицу, если вы хотите, чтобы снова люди подвергались казни за то, что они говорят правду (а попробуйте указать нам, где и когда мы сказали ложь!), - я говорю, если смерть служит наказанием за слово правды, тогда я готов гордо и бесстрашно заплатить эту дорогую цену! Зовите вашего палача! "


Согласно рассказам свидетелей, за мгновение до казни Шпис прокричал:
The time will come when our silence will be more powerful than the voices you strangle today!
Придет время, когда наше молчание будет сильнее голосов, которые вы сегодня душите!


В 1893-м году трое оставшихся в живых будут помилованы губернатором штата Иллинойс и будет объявлено, что вся "чикагская восьмерка" была невиновна в инкриминируемом им преступлении.
На их могиле будет возвигнут монумент - "Мученики Хеймаркета"



День международной солидарности трудящихся (День труда) отмечается в 142 странах и территориях мира 1 мая или в первый понедельник мая. А начиналось все в конце ХIХ века...

1 мая 1886 года чикагские рабочие организовали массовую забастовку с требованием восьмичасового рабочего дня. В забастовке участвовало 350 тысяч американских рабочих, в том числе в Нью-Йорке 10000, в Детройте 11000, центром сопротивления стал Чикаго, в котором в забастовке участвовало около 40 тысяч рабочих.

После первомайской забастовки на одном из заводов Чикаго были уволены 1,5 тысячи рабочих. Возмущённые рабочие объявили ещё одну забастовку. Через два дня на завод прибыли штрейкбрехеры. Их встретили митингом у проходной, но полиция разогнала его, используя оружие. Четыре человека были убиты, десятки ранены.

Возмущённые актом полицейского насилия, местные анархисты напечатали и распространили листовки, призывающие на митинг на площади Хеймаркет-сквер, которая на тот момент была большим торговым центром. Вечером 4 мая на Хеймаркет-сквер на митинг против террора полиции собралась огромная толпа, в том числе женщины и дети. Около 10 часов пошёл проливной дождь, люди начали расходиться. Толпа была настолько спокойна, что подошедший посмотреть на митинг мэр Чикаго спокойно ушёл домой. Сразу после ухода мэра на площадь вступил отряд полиции, потребовавший очистить её. Выступавший в это время анархист Филден успел лишь сказать, что это мирный митинг, и тут человек из толпы, как предполагается, провокатор бросил бомбу, которая унесла жизнь одного полицейского. Служители закона расстреляли толпу: несколько десятков человек были убиты и ранены. Пострадало много полицейских от «дружественного огня» — полицейские при стрельбе в темноте попадали друг в друга.

На следующий день власти разгромили рабочие клубы, арестовали и подвергли пыткам сотни «подозрительных», заставляя доносить друг на друга. В результате этой карательной операции под суд попали восемь анархистов: Август Шпис, Альберт Парсонс, Адольф Фишер, Джордж Энгел, Луис Лингг, Михаэль Шваб, Самуэль Филден и Оскар Неебе. Но из них никого, кроме Филдена, на митинге не было.....

11 ноября 1887 четверых анархистов повесили, один (Лингг) покончил с собой в предыдущий день...

Из резолюции съезда американских профсоюзов ( 1884 г .):
"Федерация тред-юнионов и рабочих союзов Соединенных Штатов и Канады постановила, что с 1 мая 1886 г . и впредь законным рабочим днем считается 8-часовой рабочий день, и мы рекомендуем всем рабочим организациям, начиная с этого дня, соотносить свои требования с данным постановлением." (Federation оf Organized Trades and Labour Unions о f the United States and Canada: Proceedings. 1884. Р. 24.)

Первого мая забастовало около 40 000 человек.

Альберт Парсонс, анархист и основатель Международной Ассоциации Рабочих (International Working People's Association - IWPA) со своей женой Люси и их детьми, возглавлял марш 80 000 человек вниз по Мичиган-авеню. В другом месте города на митинг собралось еще около 10 000 человек. Численность IWPA в Чикаго составляла около шести тысяч человек, они издавали несколько газет для рабочих.

За манифестантами наблюдали полицейские и члены городского ополчения, вооруженные винчестерами (некоторые из них располагались на крышах зданий вдоль улицы). Однако день прошел без инцидентов. Так же как и следующий. Правда в одной из газет появился призыв расправиться с "главными организаторами беспорядков" - Парсонсом и Шписем.

Столкновения произошли 3 мая у ворот завода механических жаток Маккормика. Профсоюз на этом заводе был запрещен еще в феврале и когда рабочие объявили о забастовке, администрация решила уволить всех работников и нанять на их место штрейкбрейхеров. Прежние (теперь уже) рабочие завода, среди которых было немало выходцев из Ирландии, собрались у ворот завода, чтобы воспрепятствовать проходу скэбов на завод. Рабочие были настроены решительно – в прошлогодней забастовке они одержали верх над хозяевами, которые пытались привести скэбов под охраной детективов частного агентства Пинкертона. На этот раз штрейкбрейхеров сопровождала полиция. Около половины из 400 скэбов присоединились к бастующим, однако остальные направились на рабочие места. Один из рабочих активистов Август Шпис призывал товарищей «стоять до конца и защищать профсоюз».

После окончания рабочего дня забастовщики встречали штрейкбрейхеров, выходивших с завода. Встречали руганью, сжатыми кулаками, угрозами. Полиция попыталась усмирить рабочих, пустив в ход дубинки и получила в ответ кулаки и камни. И тогда раздались выстрелы.

Несколько рабочих (от двух до шести человек – официальные данные и свидетельства очевидцев расходятся) были убиты, несколько ранено.

Уже через несколько часов на собраниях профсоюзов было решено провести на следующий день митинг, через несколько часов чикагские анархисты выпустили листовку на немецком и английском языках тиражом около 2500 экземпляров, призывающую рабочих собраться на следующий день (то есть 4 мая) на митинг в сквере Хеймаркет на пересечении Рэндолф Стрит и Улицы Равнин, который находился в коммерческом центре города.

Надо заметить, что анархизм вожаков чикагских рабочих имел свою специфику: в отличие от классических нью-йоркских анархистов (сторонников тактики террора), анархисты Чикаго были тесно связаны с профсоюзным движением (анархо-синдикалисты) и стремились приобщить его членов к идеям социализма. В анархизме чикагцев проявилось стремление к активным действиям, противостоящее позиции Социалистичесной рабочей партии, которая от работы в профсоюзах отстранялась.

Митинг на Хеймаркет

Митинг начался вечером 4 мая под легким дождем не на самой площади, а на улице Равнин, где собралось около двух тысяч человек. За митингом наблюдало большое количество полицейских (около 180 чел.). Выступая с повозки, которую использовали как ораторскую трибуну, Август Шпис первым делом сказал, что митинг собран не для того, чтобы подстрекать к насилию и вызвать бунт, а чтобы объяснить общую ситуацию с борьбой за восьмичасовой рабочий день и пролить свет на различные инциденты в связи с этим.

Митинг на Хеймаркет

Митинг проходил настолько спокойно, что мэр города, специально приехавший, чтобы усмирять страсти, не дождался его окончания и ушел.

Конечно, выступавшие говорили о своем возмущении вчерашним расстрелом, о необходимости объединяться, о грядущей победе и о борьбе, которую она требует.

Усилился дождь, собравшиеся понемногу расходились.

Однако полиция, усмотрев в словах последнего из выступавших подстрекательские призывы, решила, что агитацию пора заканчивать.

Этим последним из выступавших (уже в половине одиннадцатого вечера) был Самуэль Филден (1847-?) - уроженец Англии, революционный социалист, активный участник рабочего движения в Чикаго. Впоследствии он писал:

Из автобиографии С. Филдена
"Каковы бы ни были мои сомнения относительно намерений полиции, они вмиг рассеялись, и я подумал, что должен предотвратить любую возможную неприятность между собранием и полицией. Я находился на крыше вагона в тот момент, когда увидел внизу полицию и после того, как капитан Уорд произнес вышеназванные слова*, я соскочил вниз к нему и ответил: «В чем дело, капитан, это мирный митинг». Я сделал это, в первую очередь пытаясь успокоить волнения и нервозность под влиянием которых он действовал, и, таким образом примиряюще показывал ему, что мы не намерены создавать какие-либо сложности: Если бы капитан в тот момент пошел мне навстречу точно так же, хотя и продолжая настаивать на закрытии митинга, то я бы сам закрыл его и, полагаю, все бы кончилось благополучно, но капитан очень грубо, игнорируя мое миролюбие, повернулся к полицейским, заявив следующее, насколько я помню: «Я приказываю закрыть митинг, приказываю разогнать его». Вот что, я думаю, он сказал тогда: «Я призываю Вас помочь в разгоне митинга». Поскольку это верное и бесстрастное изложение хода событий на Хеймаркетском митинге вечером 4 мая 1886 г ., то я не буду спорить с ним по поводу этого, может быть, он говорит правду, а я ошибаюсь.

Я говорю, что это возможно, потому что, как только капитан подал вторую команду, я спрыгнул с вагона, с его южной стороны. Оказавшись на земле, я сказал: «Хорошо, мы уйдем» или «Тогда ладно, мы уйдем», и направился к тротуару. Мне кажется, я уже ступил на тротуар, когда увидел вспышку посреди улицы и услышал взрыв бомбы. Почти тут же, если не совсем одновременно с этим взрывом, полиция открыла огонь по толпе. Толпа разбежалась в разные стороны. В момент взрыва я оказался лицом к югу и побежал в этом направлении.

Тотчас после взрыва мне в колено попала пуля, которая, натолкнулась на кость, изменила направление и вышла, оставив две раны. Я почувствовал удар, но не понял, что это было. Я что есть силы бросился бежать к углу улиц Рэндолф и Дисплейнз за людьми, которые неслись с криками: «О, господи! Боже! Спаси нас!», а пули, залп за залпом прошивали бегущих людей. Завернув за угол, я побежал в восточном направлении. Оказавшись в безопасности, я ощутил боль в колене и обнаружил, что оно мокрое. Я понял, что меня ранило. Я искал своих товарищей, беспокоясь, что с ними, но в конце концов я ушел и перевязал колено."

Взрыв бомбы во время митинга

Газета "Чикаго трибюн" на следующий день сообщила: "Полицейские просто обезумели от взрыва и стали опасны, как бывает опасна любая толпа, ослепленная страхом. Они стреляли, не делая различия между мирными гражданами и нигилистами-убийцами".

Один полицейский погиб сразу, еще пятеро были тяжело ранены и вскоре умерли, еще один умер от последствий пулевого ранения два года спустя, ранены были около 60 полицейских.

Было убито несколько рабочих и множество ранено, однако эти данные официально не были зафиксированы, потому что рабочие - участники митинга скрывали свои ранения, опасаясь преследований.

Та же газета «Чикаго Трибьюн» сообщала, что «очень большое количество полицейских было ранено револьверами друг друга....».

Полицейский капитан Майкл Шаак написал, что количество раненых рабочих было "в значительной степени больше, чем со стороны полиции".

По оценке газета «Чикаго Герольд», описывавшей место "дикой резни" по крайней мере пятьдесят мертвых или раненых гражданских жителей лежало на улицах.

Немедленно начались обыски и аресты "подозрительных" не только в Чикаго, но и по всей стране, громили рабочие клубы, типографии.

Вскоре восемь человек непосредственно или косвенно связанных с проведением митинга, и его организаторы из числа анархистов были обвинены в убийстве: Август Шпис, Альберт Парсонс, Адольф Фишер, Джордж Энгль, Луи Линг, Майкл Шваб, Сэмюэль Филден и Оскар Нибе.

Семеро из них были арестованы вскоре после событий 4 мая, восьмой - Парсонс добровольно явился в полицию и сдался властям, узнав об аресте и обвинении его товарищей.

Август Шпис (August Spies), Альберт Парсонс (Albert Parsons), Луи Линг (Louis Lingg), Майкл Шваб (Michael Schwab), Сэмюэль Филден (Samuel Fielden), Адольф Фишер (Adolph Fischer), Джордж Энгль (George Engel), Оскар Нибе (Oscar Neebe).

Пятеро (Шпис, Фишер, Энгль, Линг и Шваб) были немецкими иммигрантами, шестой, Нибе, был американским гражданином немецкого происхождения. Пастор и Филден, были рождены в США и Англии соответственно.

Еще двое - Уильям Селиджер и Рудольф Шнобельт, были обвинены, но не подверглись судебному преследованию. Селиджер согласился свидетельствовать в поддержку обвинения, а Шнобельт сбежал из страны прежде, чем он мог быть подвергнут судебному преследованию.

Суд начался 21 июня. Обвинение утверждало, что все восемь человек (независимо от того бросал ли кто-либо из них сам бомбу) виновны в убийстве полицейского и подстрекательстве.

Брат Альберта Парсонса утверждал, что есть свидетельства, указывающие на причастность к взрыву бомбы провокаторов, связанных с агентством Пинкертона.

Судебное жюри признало виновными всех восьмерых ответчиков – и вынесло смертные приговоры для семи из них, а также 15 лет заключения в тюрьме для Нибе.

О "качестве" судебного процесса свидетельствует уже то, что Нибе вообще не был на митинге, где была взорвана бомба.

Рабочих активистов не обвиняли в бомбометательстве, их обвиняли в убийстве полицейского на митинге, поскольку якобы они возбуждали толпу своими речами (и не на самом митинге, а вообще) и деятельностью (агитацией и призывами к рабочим защищать свои права).

Из писем А. Парсонса
Kaмepа М 25 Тюрьма Кук Каунти
Чикаго, 29 июля 1886 г.

"Будем ли мы живы или умрем, социальная революция неизбежна. Границы человеческой независимости должны быть раздвинуты и расширены. Семнадцатый век был ознаменован борьбой за религиозную свободу, восемнадцатый - за политическое равенство, а теперь, в девятнадцатом веке, человечество требует экономической или промышленной независимости. Осуществление этой борьбы означает социальную революцию. Мы видим ее приближение. Мы предсказываем ее, мы приветствуем ее с радостью! В этом ли состоит наше преступление?

… Нет никаких доказательств, что я или кто-нибудь из нас имел какое-либо отношение к убийству полицейских на Хеймаркет. Ни одного. Но было доказано со всей очевидностью, что все мы были анархистами, социалистами, коммунистами, членами ордена Рыцарей труда, членами профсоюзов. Доказано, что трое из нас были редакторами рабочих газет, а пятеро - организаторами и ораторами на массовых рабочих митингах. Они, этот классовый суд, присяжные, согласно закону и вердикту, решили, что мы должны быть приговорены к смерти потому, что, как они говорят, мы – «лидеры» людей, которые не приемлют угнетение, рабство, грабеж и всесилие монополистов и борются с ними. В этих преступлениях против класса капиталистов они и признали нас несомненно виновными и, признав это, вынесли нам приговор. А. Парсонс"

ПРИГОВОР И КАЗНЬ

ВСЕ ВОСЕМЬ рабочих активистов, представших перед судом, были бездоказательно признаны виновными в убийстве полицейского на Хеймаркетской площади 4 мая 1886 г.

СЕМЕРО из них были приговорены к смертной казни через повешение, один - к 15-ти годам заключения.

Приговор, вынесенный судом присяжных 20 августа 1886 г., вызвал в США и во всем мире волну протестов рабочих организаций и прогрессивной интеллигенции. 16 сентября резолюцию протеста против приговора приняла Американская федерация труда. С. Гомперс повторил протест 10 ноября, явившись непосредственно к губернатору Оглсби в Спрингфилд. 29 сентября протест заявила палата депутатов французского парламента, 6 ноября - рабочие из 49 городов Англии, а также Оскар Уайльд, Бернард Шоу, П. Кропоткин и др.

Накануне казни губернатор Оглсби под давлением американской и мировой общественности заменил казнь 15-летним тюремным заключением еще двум приговоренным (М. Швабу и С. Филдену).

Линг совершил самоубийство в камере тюрьмы, взорвав во рту горсть динамита, пронесенную ему в камеру под видом сигары (взрыв уничтожил половину его лица и он умирал в мучениях еще несколько часов).

Самоубийство Линга

11 ноября 1887 года Шпис, Парсонс, Фишер и Энгль были подведены в белых капюшонах к виселице. Они пели "Марсельезу", гимн международного революционного движения.


похороны казненных




  • 1
Спасибо за пост! Очень интересно было почитать.

  • 1
?

Log in