олег иванец (ivanetsoleg) wrote,
олег иванец
ivanetsoleg

Category:

81-й гвардейский мотострелковый полк."Новогодний штурм" Грозного(1994-1995) Часть 2

Читать часть 1-http://ivanetsoleg.livejournal.com/209407.html



Из воспоминаний:"Командир БМП №639 младший сержант Трифонов служил в печально знаменитом 81-ом мотострелковом полку в 90-ой танковой дивизии Приволжского военного округа.

Их полк прибыл под чеченскую столицу в середине декабря. Когда часть подошла к городу, на связь вышли чеченцы. Они говорили, чтобы русские убирались. Утром 30 декабря командиров машин вызвал к себе ротный и сказал: «Завтра будем выдвигаться в Грозный». Начали подготовку и решили проверить вооружение. Технику выгнали в поле и отстрелялись из нее по близлежащим лесопосадкам. У машины Максима заклинило пушку. Техника в полку была в принципе не старой, ее пригнали из Германии, но часть машин была неисправной и ремонт их проходил буквально на ходу: перед самой погрузкой прямо к эшелону подъехали грузовики с запасными частями – специалисты на месте меняли неисправные узлы. На машине Максима два раза снимали топливный обогреватель. Тут еще эта неисправность – пушка.

Выдали боекомплект по 500 снарядов на каждую машину. Дополнительные боекомплекты разместили на крыше десантного отделения за башней. Технику выстроили в колонну и экипажам приказали ночевать в машинах. Ночь была спокойной, без стрельбы, но никто не спал. А Максиму и вовсе не до сна было - целую ночь он с двумя офицерами приводил в порядок пушку. Провозились долго, но к утру починили... В часы перед вхождением в Грозный страха не было: Новый год на носу - праздник ведь и настроение было соответствующим. Что ожидает их в чеченской столице, тогда еще никто не знал...

Полк Максима Трифонова утром 31 декабря вошел в город в составе первого эшелона. Сейчас говорят, что командование не ставило никаких задач перед полком. Дескать, просто так взяли и погнали в город. Но Максим уточняет, что первому батальону в третьей роте, которой принадлежала его машина, приказали с ходу взять аэропорт Северный и выйти к железнодорожному вокзалу. А затем уйти к президентскому дворцу.

Колонна отправилась в путь. На каждую роту выделили по три Т-80 батальона 6-го танкового полка их дивизии. В пустом аэропорту боевиков не было. Батальон пошел через кварталы частного сектора чеченской столицы. БМП рассчитана на 10 человек, но в машинах было только по 5 – непосредственно экипаж и два стрелка. К своей боевой машине Максим относился двойственно. С одной стороны, она ему нравилась за хорошую маневренность, с другой стороны, аббревиатуру БМП солдаты расшифровывали не иначе как «братская могила пехоты». Действительно, у машины легкая противопульная броня, не выдерживающая даже пуль крупнокалиберного пулемета, очередь из которого могла прошить корпус БМП насквозь и превратить машину в пылающий факел. К тому же у мощной и скорострельной 30-мм пушки была ненадежная система управления огнем, с которой также случались трудности.

Колонна двигалась через город, все было спокойно и ничто не предвещало беды. По улицам шли местные жители. Максим запомнил женщину с большой сумкой, в которой, наверное, были продукты для встречи Нового года. С их колонной шла техника 131-й майкопской бригады. Скорость передвижения была средней, километров 35. Когда подъехали к многоэтажным зданиям, из них начали стрелять боевики. Один из танков стал дымить. Экипаж быстро покинул подбитую машину. По российским войскам стреляли из гранатометов и автоматического оружия. Это ввергло в смятение двигающихся. Часть машин стала разворачиваться, в колонну 81-го полка начала вклиниваться техника майкопской бригады.

В наушниках звучал голос ротного: «Развернуться и на повышенной скорости пройти опасный участок». Метрах в двухстах от вокзала на повороте по колонне снова ударили гранатометчики, их поддерживали пулеметы и снайперы. Чеченцам удалось сжечь две БМП. Их экипажам удалось спастись. Чтобы прикрыть опасный участок, здесь оставили еще три БМП, одна из которых была Максима, связную машину, пару танков и зенитную установку «Тунгуска». Экипажи, оставив БМП, заняли находящееся рядом пустующее здание поликлиники.

Чеченцы не прекращали обстрела. Снова загорелась еще одна БМП. Наши воевали своеобразно. Находясь в здании поликлиники, засекали огневую точку чеченцев. Затем экипаж возвращался в машину и не заводя двигателя разворачивал башню и посылал порцию снарядов туда, откуда боевики вели огонь. Два танка тоже то и дело били по дудаевцам. У танкистов тоже была своя тактика: один танк стоял, другой непрерывно маневрировал. Потом они менялись, постоянно прикрывая друг друга. «Тунгуска» в бое не участвовала, боевикам удалось ее повредить. Непрекращающаяся стрельба продолжалась много часов. Временами было очень жарко, командиры просили подкрепление и им отвечали: «Держитесь, мы здесь тоже в дерьме».


3 января начали выставлять блокпосты вдоль улицы Лермонтова во взаимодействии с бойцами спецназа МВД. Посты позволяли хотя бы проскочить по улице Лермонтова, иначе всё расстреливалось на ходу.
Полк выжил. Выжил вопреки тем, кто пытался его уничтожить в Грозном. Восстал из пепла...

Еще почти весь январь 81-й полк участвовал в боях за Грозный. И об этом опять-таки мало кто знает. Именно танкисты 81-го обеспечивали поддержку морской пехоте, штурмующей дворец Дудаева. Именно пехота полка захватывала завод «Красный молот», который дудаевцы из мирного советского предприятия превратили в полномасштабное оружейное производство. Инженерно-саперные подразделения части разминировали мост через Сунжу, по которому потом втягивались в город свежие силы. Подразделения 81-го принимали участие в штурме Дома печати, бывшего одним из опорных пунктов сопротивления сепаратистов.



Потери полка были страшные, количество погибших огласке не предавалось и достоверно неведомо и поныне. Согласно рапорту начальника штаба полка Бурлакова — погибло 56 человек (из них 8 офицеров), ранено 146 (из них 31 офицер, 6 прапорщиков), без вести пропало 28 человек (из них 2 офицера), больными 87 человек (из них 8 офицеров и 3 прапорщика). Однако согласно другому авторитетному, хотя и далеко не полному списку потерь, 81-й полк потерял тогда не менее 87 человек убитыми. Есть и свидетельства, что сразу после новогодних боев на самарский аэродром «Курумоч» доставили около 150 единиц «груза 200». По словам командира роты связи, из 200 человек 1-го батальона 81-го полка уцелело 18! А из 200 боевых машин в строю осталось 17 – остальные сгорели на улицах Грозного. (Начштаба полка признал потери 103 единиц боевой техники.) По официальным же данным, на 10 января полк потерял 63 военнослужащих убитыми, 75 пропавшими без вести, 135 — ранеными;
— 81-й полк — 23 танка, 32 — БМП-2, 4 — БТР, 2 тягача — 2, 1 "Тунгуска" 1 МТЛБ
Причем потери несли не только от чеченцев, но и от своей артиллерии..

Из воспоминаний танкиста:"..по радиосвязи на меня вышел чеченец, представился Масхадовым, затем Ковалев с предложением о сдаче в плен с техникой. Они точно дали штатно-должностную характеристику моей роты. Взамен предлагали офицерам "Мерседесы", остальным денежное вознаграждение. Получили достойный ответ - "..." русские не сдаются!Все наши фамилии знали, не знали только номера танков. Послал я его крепко, подальше...Они сказали: "Ты ёлку видел, как входил?".Говорю - 'Видел'.Они - "Вот в 5 утра твои яйца на ней висеть будут".После этого у них нервы сдали, и мы перешли на взаимные оскорбления. Пришлось сменить свой позывной на "Палыч",для работы во внутренней сети..."

Возвращаюсь к свидетельству журналиста Воронова:"Места новогодних боев отмечены остовами сгоревших бронемашин, вокруг которых валяются тела российских солдат, хотя время уже шло к православному Рождеству. Птицы выклевали глаза, собаки объели многие трупы до костей… На эту группу подбитых бронемашин я наткнулся в начале января 1995 года, когда пробирался к мосту через Сунжу, за которым были здания Совмина и Рескома. Ужасающее зрелище: прошитые кумулятивными гранатами борта, рваные траки, рыжие, даже ржавые от огня башни. На кормовом люке одной БМП отчетливо виден бортовой номер – 684, а из верхнего люка скрюченным манекеном свешиваются обугленные останки того, что совсем недавно было живым человеком, расколотый череп… Господи, каким же адским было это пламя, поглотившее человеческую жизнь! В задней части машины виден сгоревший боезапас: ворох прокаленных пулеметных лент, лопнувшие патроны, обугленные гильзы, почерневшие пули с вытекшим свинцом… Возле этой подбитой БМП – еще одна, через открытый кормовой люк вижу толстый слой серого пепла, а в нем что-то небольшое и обугленное.

Пригляделся – словно младенец свернулся калачиком. Тоже человек! Невдалеке, возле каких-то гаражей, тела троих совсем молоденьких ребят в замасленных армейских ватниках, и у всех руки за спиной, будто связаны. А на стенах гаражей – следы пуль. Наверняка это были солдаты, успевшие выскочить из подбитых машин, а их – к стенке… Кто знал, что судьба позже вновь столкнет меня с жертвами той драмы – экипажем подбитой бронемашины: живыми, мертвыми и пропавшими без вести. «Три танкиста, три веселых друга, экипаж машины боевой», – пелось в советской песне 1930-х годов. А это был не танк – боевая машина пехоты: БМП-2 бортовой номер 684 из второго мотострелкового батальона 81-го мотострелкового полка. Экипаж – четыре человека: майор Артур Валентинович Белов – начальник штаба батальона, его заместитель капитан Виктор Вячеславович Мычко, механик-водитель рядовой Дмитрий Геннадьевич Казаков и связист старший сержант Андрей Анатольевич Михайлов.... Эту БМП подбили днем 31 декабря 1994 года, а о тех, кто в ней находился, узнать довелось уже позже, когда после первой публикации снимков меня нашли родители солдата из Тольятти. Надежда и Анатолий Михайловы разыскивали своего пропавшего без вести сына Андрея: 31 декабря 1994-го он был именно в этой машине… Что я мог сказать тогда родителям солдата, какую надежду им дать? Мы снова и снова созванивались, я пытался точно описать все, что видел своими глазами, а уже позже, при встрече, передал и снимки. От родителей Андрея и узнал, что в машине было четыре человека, выжил лишь один – капитан Мычко.

С капитаном я совершенно случайно столкнулся летом 1995-го в Самаре в окружном военном госпитале. Разговорился с раненым, стал показывать снимки, а он буквально впился в один из них: «Это моя машина! А это – майор Белов, больше некому…» С тех пор прошло 15 лет, но мне достоверно известна судьба лишь двоих, Белова и Мычко. Майор Артур Белов и есть тот обугленный человек на броне. Воевал в Афганистане, награжден орденом. Не столь давно прочел слова командира 2-го батальона Ивана Шиловского о нем: майор Белов прекрасно стрелял из любого оружия, аккуратист – даже в Моздоке накануне похода на Грозный всегда ходил с белым подворотничком и со стрелками на брюках, сделанными монеткой, там же отпустил аккуратную бородку, из-за чего нарвался на замечание командира 90-й танковой дивизии генерал-майора Николая Сурядного, хотя устав и дозволяет носить бородку во время боевых действий. Комдив не поленился по спутниковому телефону позвонить в Самару, чтобы отдать приказ: лишить майора Белова тринадцатой зарплаты… Как погиб Артур Белов, доподлинно неизвестно. Похоже, когда машину подбили, майор пытался выскочить через верхний люк и был убит. Да так и остался на броне. По крайней мере, так утверждает Виктор Мычко: «Никакой боевой задачи нам никто не поставил, только приказ по рации: войти в город. Казаков сидел за рычагами, Михайлов в кормовой части, рядом с радиостанцией – обеспечивал связь. Ну, и я с Беловым. В двенадцатом часу дня… Мы так толком ничего и не поняли, не успели даже сделать ни одного выстрела – ни из пушки, ни из пулемета, ни из автоматов. Это был кромешный ад. Мы не видели ничего и никого, борт машины сотрясался от попаданий. Стреляло все и отовсюду, у нас уже не было иных мыслей, кроме одной – выбраться. Рацию вывело из строя первыми же попаданиями. Нас просто расстреливали, словно полигонную мишень. Мы даже и не пытались отстреливаться: куда стрелять, если противника не видишь, а сам как на ладони? Все было как в кошмарном сне, когда кажется, что длится вечность, а прошли считанные минуты. Мы подбиты, машина горит. Белов рванулся в верхний люк, и на меня тут же хлынула кровь – его срезало пулей, и он завис на башне. Рванулся из машины сам…»

Однако некоторые сослуживцы – но не очевидцы! – позже стали утверждать, что майор сгорел заживо: вел огонь из пулемета, пока не получил ранение, пытался вылезти из люка, но боевики облили его бензином и подожгли, а сама БМП, мол, вообще не горела и боезапас ее не взорвался....обследовать БМП № 684 дознаватели смогли не ранее февраля 1995 года, когда с улиц Грозного начали эвакуировать подбитую технику. Артура Белова опознали сначала по часам на руке и поясному ремню (он был какой-то особенный, купленный еще в Германии), затем по зубам и пластине в позвоночнике. Орден Мужества посмертно, как утверждал Шиловский, выбили у чинуш лишь с третьей попытки.

Капитану Виктору Мычко осколок пробил грудь, повредив легкое, еще были ранения в руку и ногу: «Высунулся по пояс – и вдруг боль, свалился обратно, больше ничего не помню, очнулся уже в бункере». Затем были операция в том же подвале, освобождение, госпитали и масса проблем...

Солдат Дмитрия Казакова и Андрея Михайлова среди спасшихся не оказалось, не было их имен и среди опознанных погибших, долгое время они оба числились пропавшими без вести. Ныне официально признаны погибшими. Однако в 1995-м родители Андрея Михайлова в разговоре со мной сказали: да, мы получили гроб с телом, похоронили его, но это был не наш сын...

В Тольятти не только Михайловы получили похоронку и цинковый гроб, в январе 1995 года вестники смерти постучали ко многим. Потом пошли гробы. И одна семья, оплакав и захоронив погибшего сына, в том же мае 1995-го получила второй гроб! Ошибочка вышла, сказали в военкомате, первый раз мы не того прислали, но на этот раз точно – ваш. А кого же похоронили сначала? Как было верить после этого? Родители Андрея Михайлова в 1995 году несколько раз ездили в Чечню, надеясь на чудо: вдруг в плену? Обшаривали подвалы Грозного. Были и в Ростове-на-Дону – в печально знаменитой 124-й медико-криминалистической лаборатории Минобороны. Рассказали, как там их встретили хамоватые, пьяные «хранители тел». Несколько раз осматривала мать Андрея сложенные в вагонах останки погибших, но сына не нашла. И была поражена тем, что за полгода никто даже не попытался опознать эти несколько сотен убитых: «Все прекрасно сохранились, черты лица четкие, всех можно опознать. Почему Министерство обороны не может сделать снимки, разослав их по округам, сверив с фотографиями из личных дел? Почему мы, матери, должны сами, за свой счет приезжать за тысячи и тысячи километров, чтобы найти, опознать и забрать своих детей – опять же на свои гроши? Государство забрало их в армию, оно бросило их на войну, а потом там и забыло – живых и мертвых… Почему армия не может по-человечески хотя бы отдать последний долг павшим мальчишкам?»

На фото генерал армии А. В. Квашнин(с 1999г.-Герой РФ)

В ФИЛЬМЕ "НОВОГОДНЯЯ НОЧЬ 81-ГО ПОЛКА" командир полка Александр Ярославцев утверждал, что ему ставил задачу лично Квашнин , " рисовал и стирал стрелочки". Находим мы этому подтверждение и в книге Рохлина :
"Рохлин: А кто будет командовать "Северной" ( группировкой ) ?
Квашнин: Я ..."

Позже Квашнин с Шевцовым отойдут в тень, предоставив разбираться со всем Пуликовскому. Квашнина же вообще назовут "представителем Генштаба", никаких письменных приказов, отданных им, найдено не было и никакой ответственности за эти события он не понёс. Впрочем, как и все остальные участники этой истории.

ИЗ ПИСЬМА ГЕНЕРАЛЬНОГО ПРОКУРОРА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Ю. И. СКУРАТОВА ПРЕДСЕДАТЕЛЮ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ СЕЛЕЗНЕВУ Г. Н. № 1-ГП-7-97 ОТ 15. 01.1997 г.:

"В соответствии с постановлением Государственной думы от 25 декабря 1996 г. № 971-11 ГД "О рассмотрении обстоятельств и причин массовой гибели военнослужащих Российской Федерации на территории Чеченской Республики в период с 9 декабря 1994 года по 1 сентября 1996 года и мерах по укреплению обороны страны и безопасности государства" сообщаю:... проводится проверка обстоятельств гибели личного состава 131-й отдельной мотострелковой бригады (войсковая часть 09332), штурмовавшей г. Грозный 31 декабря 1994 года — 1 января 1995 года, в ходе чего погибли 25 офицеров и прапорщиков, 60 солдат и сержантов, а без вести пропали 72 военнослужащих бригады.

Из пояснений участников этих событий, документов, изъятых в ходе проверки, следует, что в конце декабря 1994 года в г. Моздоке высшим командованием МО РФ поставлена общая задача по освобождению города Грозного.

Конкретную задачу по вводу войск в город, маршрутам движения и взаимодействию ставил генерал-полковник Квашнин А. В. (в то время — представитель Генерального штаба Вооруженных Сил РФ).

131-й бригаде была поставлена задача к 27 декабря 1994 года сосредоточиться в двух километрах восточнее Садовой, чтобы обеспечить проход в город Грозный другим войскам. В последующем бригада заняла рубеж по речке Нефтянка и находилась на нем до 11 часов 31 декабря, после чего по радио командовавший в тот период группировкой "Север" генерал-лейтенант Пуликовский К. Б. отдал приказ на вход в г. Грозный. Письменных боевых и графических документов в бригаду не поступало. После прохода по улице Маяковского штабом корпуса бригаде было приказано взять железнодорожный вокзал, что первоначально не планировалось.

Захватив вокзал, бригада попала в плотное огненное кольцо незаконных вооруженных формирований и понесла значительные потери в живой силе и технике.

Как усматривается из материалов проверки, вопросы тщательной подготовки операции должен был решать Пуликовский, однако этого в полной мере сделано не было, что явилось одной из причин гибели большого количества личного состава 131-й бригады.

В действиях Пуликовского усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ст. 260-1 у п. "в" УК РСФСР, а именно — халатное отношение должностного лица к службе, повлекшее тяжкие последствия.

Однако уголовное дело возбуждено быть не может, так как Государственной думой 19 апреля 1995 года объявлена амнистия в связи с 50-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг., и допущенное Пуликовским правонарушение попало под ее действие".

"План операции, разработанный Грачевым и Квашниным, стал фактически планом гибели войск, — говорил генерал Рохлин. — Сегодня я могу с полной уверенностью утверждать, что он не был обоснован никакими оперативно-тактическими расчетами. Такой план имеет вполне определенное название — авантюра. А учитывая, что в результате его осуществления погибли сотни людей, — преступная авантюра…".

На фото Герои России из 81-го полка – Игорь Станкевич и старший прапорщик запаса Григорий Кириченко (справа)

Источники:
http://memoriesnorth.narod.ru/mywar/ivech.html
http://www.sovsekretno.ru/articles/id/2360
http://www.bratishka.ru/archiv/2008/2/2008_2_3.php
http://10otb.ru/6div_history/81polk_81gvmsp1957.html
http://svpressa.ru/society/article/19145/
http://www.perunica.ru/chechnia/4575-derzhites-my-sami-v-derme.html
http://otvaga2004.ru/voyny/wars-ussr/wars-caucas/31-12-94-v-derme/attachment/otvaga2004_chechnya1/
http://newsland.com/news/detail/id/458521/
http://samaralit.ru/?p=7567
http://nazadvgsvg.ru/viewtopic.php?id=1227&p=92

Продолжение следует





Tags: Былое, Герои, Самара
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments