олег иванец (ivanetsoleg) wrote,
олег иванец
ivanetsoleg

Categories:

Тюрьмы и зоны Самарлага. Сызранский СИЗО

После самарского СИЗО оказаться в другом месте- это разительная перемена. Нас выгрузили из "столыпина" и бегом погнали через какой то мост. Потом загрузили в автозак. Привезли в какую то тюрьму, пару часов в "привратке" (камера ожидания перед распределением по постоянным камерам) и, в итоге, я "дома". Меня завели в камеру с видеонаблюдением и двойными дверьми (одна в виде решетки). Это спецблок для пожизненников и особиков (получивших срок на особом режиме). Первый этаж корпуса "спецы"... По вечерам здесь раздаются песни "цыганского хора" (это арестованные или осужденные женщины-цыганки затягивают песни изумительными голосами). На прогулочном дворике слышно, как по соседству мама с ребенком разговаривает, а ребенок радостно агукает, увидев солнце. Это здесь по вечерам администрация разносит по женским камерам горячую воду в бачках, ведрах и тазах для деток и их мамаш, так как горячей воды в кранах не предусмотрено. Это здесь.. Это старейшая пересылочная тюрьма России- Сызранская.


Сызранский СИЗО -одна из самых старых тюрем не только Поволжья, но и России.
В 1683 году была построена Сызранская крепость. А в 1683 году там же возвели арестный дом, который предназначался для заключения беглых крестьян. Во время пожаров 1838 и 1906 годов здание арестного дома изрядно пострадало, и был поставлен вопрос о постройке тюрьмы.
Губернатор Симбирский потребовал решить этот вопрос, городская Дума в 1908 году выделила под важный объект две десятины земли «позади Усть-Двинских казарм за водокачкой», и это решение было закреплено «высочайшим соизволением государя-императора в день 5 февраля 1910 года».
Половину отведенной площади из двух десятин отдали под огороды для сотрудников. Они размещались сразу за тюрьмой.
Строительство велось на принципах долевого участия. Основной поток финансирования шел из федерального бюджета, то есть имперской казны. От города, помимо выделения земли, приняли 15 тысяч рублей. Поступали целевым назначением пожертвования частных лиц, в том числе от купечества, причем не только местного.
Новый объект возводили с учетом современных веяний. Правда, в отличие от Крестов и Бутырки, в Сызрани не имелось электрического освещения и системы канализации, зато были предусмотрены покамерное размещение, отдельные посты, комнаты отдыха для сотрудников и молельная. Уже 28 апреля бюджетная комиссия Думы докладывала: «Растет поселок Маньчжурия… Там же находятся кавалерийские казармы, выстроена тюрьма». Новое спецучреждение было возведено к 1911 году.

Строилось оно из красного кирпича и первоначально было рассчитано на 260 мест. СИЗО отвечал всем новейшим, по тогдашним меркам, требованиям тюремного строительства. При нем имелось женское отделение и больница на 20 мест. На территории СИЗО находился тюремный храм святого Николая Чудотворца.

Шли годы. Через сызранский централ прошли тысячи арестантов, заключенных и подследственных. Многие биографы Григория Котовского утверждают, что недолгое время он находился именно здесь в 1913 году.

Полицейские сводки воспроизводят «портрет» уголовника: рост 174 сантиметра (был он вовсе не «богатырского, двухметрового роста», как писали многие), плотного телосложения, несколько сутуловат, имеет «боязливую» походку, во время ходьбы покачивается. Котовский был обладателем круглой головы, карих глаз, маленьких усов. Волосы на его голове были редкими и черными, лоб «украшали» залысины, под глазами виднелись странные маленькие черные точки — татуировка блатного авторитета, «пахана». От этих наколок Котовский старался избавиться после революции, выжигая и вытравливая их. В полицейских сводках указывалось, что Котовский левша и обыкновенно, имея два пистолета, начинает стрелять с левой руки. Кроме русского, Котовский владел молдавским, еврейским, немецким языками. Он производил впечатление интеллигентного, обходительного человека, легко вызывал симпатии многих.

В 1907 году он был приговорен к 12 годам каторги. Сначала он отбывал наказание в Николаевской, Смоленской и Орловской тюрьмах. И только в феврале 1911 года попал на настоящую каторгу в Казаковский острог (Нерченский уезд Забайкальской губернии), заключенные которого добывали золотоносную руду.
Ему удалось совершить побег 27 февраля 1913 года. В своей «советской» автобиографии Котовский писал, что «при побеге убил двух конвоиров, охранявших шахту». И вновь вымысел. Не убивал он никого, да и в шахте тогда не работал. Он просто бросился в лес, который окружал строящуюся дорогу. Ему хотелось казаться героем, вызывать восхищение... Но материалы следствия по делу Котовского 1916 года говорят о том, что никого он так и не «обидел» при побеге, а просто «скрылся с работ».

По заснеженной тайге Котовский шел около семидесяти километров и едва не замерз, но все же вышел к Благовещенску. По подложному паспорту на имя Рудковского он некоторое время работал грузчиком на Волге, кочегаром на мельнице, чернорабочим, кучером, молотобойцем. В Сызрани его кто-то опознал или просто сдал, и по доносу Котовского арестовали. Но из местной тюрьмы он легко бежал. Многие утверждают, что по документам Котовского на сызранском централе не было. Но никто, по видимому, не проверял в архивах Рудковского.. Уже осенью 1913 года Котовский возвращается в Бессарабию.


Приближалась революция. Ей предшествовала катастрофа мирового значения: война 1914 года. В сызранской тюрьме, которая изначально выполняла функции пересылки, содержали военнопленных австро-венгерской империи.

В годы советской власти Сызранский изолятор, долгое время именовавшийся как Домзак (потом Сызранский изолятор, Сызранская тюрьма, тюрьма № 2 УНКВД по Куйбышевской области, в начале шестидесятых получила свой нынешний статус – следственный изолятор № 2), существовал и развивался на деньги, отпущенные из губернской казны, и на средства, зарабатываемые собственными силами. С 1925 года в Домзаке существовали столярные и слесарные мастерские, подсобные хозяйства, валяльная мастерская. Арестанты работали на колхозных полях на заготовке сена, уборка урожая. Все эти работы проходили под наблюдением надзирателей.

Приведем данные архивного документа, датированного 1926 годом. Штат Домзака насчитывал 52 человека. Наряду с надзирателями существовали такие должности, как старший помощник начальника тюрьмы, заведующий учебно-воспитательной частью, учительница, электромонтер и другие. На вооружении Домзака стояли: 3 шашки, 6 револьверов системы Смит-Вессон, 10 наганов, 18 винтовок, боекомплект патронов караула - 620 штук. Численность заключенных на август 1926 года была 348 человек. Кроме этого, на учете состояло 109 человек, которые самостоятельно работали на полях колхоза, но обязаны были приходить и отмечаться в Домзак. В случае какого-либо нарушения этих людей брали под стражу. В Домзаке содержались и следственные арестованные в количество 68 человек.

С годами увеличивались и численность спецконтингента, и число персонала тюрьмы. Вот выдержки из документа второй половины 20-х годов: «Рассчитанный на 232 места Сызранский Домзак в настоящее время содержит до 400 заключенных. Степень перегрузки особенно бросается в глаза при знакомстве с численностью населения отдельных камер». Далее из текста следует, что в камерах, рассчитанных на 13 человек, содержатся более 30 заключенных! В одиночки помещали по 3-5 человек. Некоторые камеры переоборудовали под мастерские, например, для шитья сапог. В женских камерах вместе с матерями содержались малолетние дети…

В годы военного коммунизма и в ближайшее десятилетие следственный изолятор заполнили под завязку классово чуждыми контрреволюционными элементами без разделения в содержании на политических и уголовных. Тюремных площадей решительно не хватало. Так что начальнику сызранского домзака товарищу Богомазову в 1922 году приходилось еще силами бойцов 45-го батальона внутренней охраны в 100 штыков контролировать концентрационный лагерь возле пристани Батраки. Остальную долю заключенных там составляли дезертиры из частей Красной Армии.
Численность спецконтингента в самой тюрьме вдвое превышала проектные нормы. Так что одиночки делили до пяти человек, камеры, рассчитанные на 13 постояльцев, вмещали в себя до 32 зэков. Домзак был вынужден зарабатывать деньги на свое содержание. Так, в 1926 году заключенные обрабатывали 23 десятины (46 га) овса, проса, картофеля, озимых. А также вкалывали в мастерских: валяльной, слесарной, столярной. Последние были организованы в обычных камерах. За счет чего другие камеры пришлось «уплотнить». И ввести заочную форму отсидки, без заключения под стражу. Так, в том же 1926 году в домзаке отмечались 109 заочников, которые продолжали трудиться на колхозных полях.
Условия содержания заключенных признал невыносимыми даже Президиум Сызранского УИК: чрезвычайный холод в камерах, отсутствие прачечной и дезкамеры, нательного и постельного белья, вшивость, в женских камерах вместе с матерями содержатся малолетние дети, больные коклюшем… Летом заключенные объявляли голодовку, которую ликвидировали «благодаря экстраординарным мерам». В связи с этим Сызрань ходатайствовала перед НКВД о выделении 20 тысяч рублей на ремонт домзака, просила вместе с тем разгрузить его и снизить приток заключенных до норматива.

Ситуация изменилась по меньшей мере к началу 30-х годов. Об этом свидетельствует в своих мемуарах Това Перельштейн (Рубман). По приговору Особого совещания при НКВД она получила три года ссылки в Ташкент и была этапирована через Сызрань (1933 год):
«Камера, в которую поместили нас с Маней, производила впечатление чистой, у каждой заключенной была своя кровать, дверь днем держали открытой, и разрешалось переходить из одной камеры в другую. Нам дали на завтрак хлеб, селедку и даже ложечку сахара к чаю. Имелась баня, которой разрешалось пользоваться, и мы с большим удовольствием вымылись и легли отдохнуть». В домзаке свирепствовал тиф: «…тюремное начальство решило отменить карантин. От вышестоящего начальства скрыли тот факт, что эпидемия продолжалась… Чтобы смертные случаи меньше бросались в глаза, трупы оставляют лежать вместе с живыми в общих камерах и ночами по одному незаметно вывозят… Днем соседство с мертвыми еще как-то можно было выносить, отвлекаясь общением с другими заключенными, но ночью, когда двери закрывались, было очень страшно. Стоны больных и соседство с мертвецами нагоняли тоску».

Почетное место в музее сызранского СИЗО занимает бланк пожелтевшей телеграммы от 29 апреля 1943 года. В ней Верховный Главнокомандующий Иосиф Сталин благодарит товарища Казакова «за заботу о воздушных силах Красной Армии».

Кто же такой товарищ Казаков? Это, как сообщает городская газета «Красный Октябрь», «секретарь партийной организации коллектива работников НКВД, где начальником товарищ Эппле», «партия поручила тов. М.М.Казакову работу в тылу». У Михаила Матвеевича на фронте в то время находились аж 10 ближайших родственников: три родных и семеро двоюродных братьев. Бои шли уже в Сталинграде. Партийный секретарь выступил с почином: собрать деньги на строительство ИЛа-2. И лично внес 10 тысяч рублей на это дело. Его поддержали товарищи. Да столь активно, что денег хватило не на один штурмовик, а на целую эскадрилью. Тогда и пришла благодарственная телеграмма от Верховного…

За долгие советские годы существования тюрьмы через нее прошли многие легендарные личности. Это и попадавшие под следствие ответственные работники разных рангов, и простые репрессированные, и уголовники, среди которых было немало лидеров криминального мира. Рассказывают, что в СИЗО довелось «отметиться» и будущему Герою Советского Союза Александру Матросову. В Сызранской тюрьме он побывал транзитом.
Это подтвердил в 2017 году начальник уголовно-исполнительной системы Самарской области Рамиз Алмазов (хотя руководство СИЗО-2 и оспаривает этот факт и утверждает, что это был однофамилец героя Великой Отечественной войны.. Но опять же почему то искали следы именно "Матросова").
Шакирьян Мухамедьянов (он же Александр Матросов)

Также достоверно известно, что в сызранском домзаке содержались трое новомучеников, канонизированных Архиерейским собором Русской православной церкви в 2000 году.

Граф Александр Оттонович Медем, сын сенатора и губернатора Новгородского Оттона Людвиговича Медема в Сызрань приехал в 1928 году, когда после череды арестов ему запретили жить в шести городах Советской России. В Сызрани он был прихожанином Сретенского женского монастыря. Одна из его дочерей, которые приехали в Сызрань вместе с овдовевшим к тому времени отцом, устроилась на работу в краевое врачебное управление. Ночью 11 декабря 1930 года за графом пришли в дом номер 87 по улице Посадского (Свердлова). Выпускник юридического факультета Санкт-Петербургского университета, поневоле получивший богатый жизненный опыт арестанта, Александр Медем поставил в тупик местных дознавателей по делу архиепископа Сызранского Августина (Беляева). И подписал грозную бумагу:
«Ниже подписываюсь в том, что мне со стороны ведущего дело было 28 декабря 1930 года объявлено о том, что я своим отказом назвать людей, которых я знаю в городе Сызрани, препятствую выяснению всех обстоятельств дела и, таким образом, снимаю ответственность с Сызранского отдела ОГПУ в соблюдении соответствующих процессуальных норм в части срока содержания под стражей».
После чего письменно же пояснил: «Из лиц, которых я знаю по имени, отчеству и фамилии, я некоторых в данное время помню, но назвать и этих отказываюсь по той причине, что выдвигать людей, которых я случайно вспомнил, этим самым совершая по отношению к ним несправедливость, — не нахожу возможным». На вопрос следователя, каких он придерживается политических убеждений и каково его отношение к советской власти, Александр Оттонович ответил: «Определенных политических убеждений я не имею, поскольку я не занимался политикой. К существующему строю мое отношение лояльное. С программой Коммунистической партии советской власти я не согласен».

У Медема обострился туберкулезный процесс в легких, он был переведен в больничный корпус сызранской тюрьмы и скончался в тюремной больнице 1 апреля 1931 года, в половине первого дня. Отпевали его заочно в Казанском соборе.


Менее чем через полгода, 30 августа 1931 года в половине десятого утра, в сызранской тюрьме скончался иеромонах Нифонт (Выблов) «от порока сердца».
Если Медем был графом и получил блестящее университетское образование, то его земляк, отец Нифонт, – крестьянский сын, которого родители отдали познавать грамоту в двухклассную сельскую школу, когда ему было 10 лет. Уже юношей он обучался в миссионерской школе иеромонаха Антония (Винникова), далее – монастырь, постриг и до самого ареста - служение в храме села Березовый хутор (Саратовская область). Сотрудник местного ОГПУ написал: «Связь с местными кулаками не установлена, но те обстоятельства, что к нему ежедневно носили хлеб, молоко и больше всего приносили зажиточные, и даже дочь выселенного в Северный край кулака Татьяна Шуракина прислуживала ему: пекла хлеб и стирала белье, — заставляют думать, что поп Выблов имел связь с кулацкой частью села...». Обвинение в свой адрес иеромонах не признал.
Архимандрит Тихон изложил в воспоминаниях рассказ одной сердобольной прихожанки, которой удалось проводить в последний земной путь отца Нифонта: «Темной ночью видит: открываются тюремные ворота и выезжает телега, на которой вывозили умерших заключенных и сваливали в большую яму, выкопанную за тюремной оградой. Она увидела эту телегу, на которой рогожей был покрыт умерший батюшка, рванулась за ней. Умоляла отдать хоть умершего, чтобы похоронить его, как положено. Плакала, тащилась, ухватившись за телегу. Так и не отдали. Свалили в общую яму и зарыли. Вот так умер наш батюшка Нифонт». По существовавшему тогда порядку, хоронили умерших в тюрьме ночью и места могил тщательно маскировали, делая даже обманные холмики. Православные потомки причислили его к лику священномучеников.


Как и священника Николая Щербакова, выпускника Самарской духовной семинарии, настоятеля храма в пос. Иващенково (г.Чапаевск). Он содержался в сызранской тюрьме во время второго его ареста в 1935 году. Особым Совещанием при НКВД СССР был обвинен в «руководстве контрреволюционной группой… пропаганде за свержение советской власти, разговоры о необходимости убийства Сталина» и приговорен к пяти годам ссылки в Казахстан. Уже там ему поставят в вину, что «Щербаков, проживая в г. Семипалатинске как ссыльный, занимался к/р деятельностью. Клеветал на руководителей партии, правительства и советской власти, распространял провокационные слухи о Конституции СССР, восхвалял буржуазный строй. Выражал явное недовольство о политике цен на промтовары, контрреволюционно истолковывая их. Распространял контрреволюционное сочувствие по отношению к кулачеству». Расстрелян в 1937.

Среди тысяч этапированных через сызранскую тюрьму прошел сын героя гражданской войны командарма Ионы Якира, которого 10 мая 1937 года перевели на должность командующего Ленинградским военным округом, а 18 мая расстреляли, обвинив в заговоре и шпионаже. . Вина подростка состояла в том, что он был членом семьи изменника Родины, или сокращенно ЧСИР. (Ст. 58-8 УК РСФСР 1926 года, Закон СССР «О членах семьи изменников Родины» от 30 марта 1935 года). Петр Ионович Якир, 15-летний юноша, как член семьи врага народа был отправлен в астраханскую ссылку и шел по этапу через всю страны наравне со взрослыми.

В Сызрани, ожидая этапа в Челябинск, Петр оказался в одной камере с летчиком из Киевской авиабригады. Тот участвовал в боях в Испании, сбил девять фашистских самолетов и был награжден орденом Красного Знамени. А по возвращении на Родину осенью 37-го арестован и осужден на 15 лет за «шпионаж» в пользу Германии. Якир вспоминал, что этот человек после долгих пыток был полностью деморализован, почти невменяем и морально уничтожен. Уже после суда хотел покончить с собой, перерезав вену, но его вначале спасли, а потом жестоко избили. На вторую попытку у него не хватило духа.
Петр Якир

Сызранскую тюрьму, «гудящую от движения и перекличек», годы спустя вспоминал Илларион Сергеевич Сибиряк. Директор Мордовского научно-исследовательского института языка, литературы и этнографии, автор книг «Мордовские свадебные обряды и песни на мордовском языке», «Древние дохристианские религиозные верования и обряды мордвы», исследований по истории мордовского народа и природных богатств республики публично, на высших краевых курсах марксизма-ленинизма, высказал критические замечания в адрес некоего труда. Автором спорной книги и публикации был… Лаврентий Берия.
«…Во время транспортировки меня из Куйбышева в Сызрань, а затем в Саранск, я наблюдал, как непрерывно сновали в поездах тюремные вагоны, прозванные столыпинскими… Что же касается станций Сызрань, Инза, Рузаевка, то ими были заполнены целые тупики. Видел эшелоны с заключенными. Они отличались наружным конвоем с собаками, пулеметами на тормозных площадках, крышах и свободных платформах. Смотрел я и думал: смотрика, сколько врагов. Как же я попал среди них?».

И со всем по другому, чисто уголовному поводу, попал в СИЗО другой ученый, известный селекционер Бузулукского филиала научно-исследовательского сельскохозяйственного института. Душа 70-летнего исследователя не выдержала, когда он застал на месте преступления примитивных воров, уничтожавших (на корм скоту!) селекционный горох - дело всей жизни ученого… Пырнул потравщика вилами и … познакомился с тюремной баландой. В сызранском СИЗО именитого зэка использовали только на бумажной работе, освободили условно-досрочно, но вспоминал он о месте заключения исключительно негативно, к искренней обиде сотрудников изолятора.


А Александр Исаевич Солженицын в "Архипелаге ГУЛАГ" (Т.1 Часть 2) описывает свои воспоминания о куйбышевской пересылке (Сызранское СИЗО) в 1950 году.

Начиная с 50-х годов Сызранская тюрьма славилась на всю страну как место приведения смертного приговора к исполнению.

Здесь, например, закончил свой жизненный путь самый кровожадный в Поволжье маньяк Борис Серебряков, наводивший ужас в Куйбышеве на рубеже 60-70-х годов. Как следует из материалов его уголовного дела, на счету этого монстра порядка 31 криминальных эпизодов, среди которых - убийства десяти человек, совершенные в Куйбышеве. Серебряков был казнен в сызранской тюрьме в 1971 году в возрасте 30 лет. Но, насколько мне известно, администрация изолятора отрицает факт приведения приговора в исполнение здесь.
Борис Серебряков

Сидел здесь Руслан Насибуллин (на момент суда ему исполнилось 20 лет), который был приговорен к расстрелу (в связи с мораторием заменен на пожизненное заключение) по самарскому делу "банды палочников". Уже после суда Насибуллин сказал, что на его счету более пятидесяти преступлений (убийства, грабежи, разбои). Судили же его по 30 эпизодам (в том числе 7 убийств).

Сидел в Сызранском СИЗО тольяттинский педофил Рыльков. В 1992—1997 годах изнасиловал 37 несовершеннолетних девочек и убил 3 человек в городе Тольятти Самарской области. В 1998 году суд по совокупности доказанных преступлений приговорил его к смертной казни. Однако из-за введения моратория она впоследствии была заменена на пожизненное лишение свободы. В 2019 году Олег Рыльков подал ходатайство об освобождении по состоянию здоровья и был переведён в СИЗО в Сызрани. В освобождении маньяку было отказано.
Рыльков на суде в 1998 году и спустя 20 лет.

Еще совсем недавно - в середине 90-х годов в СИЗО могли находиться по 15-20 человек, приговоренных к расстрелу. После введения моратория на смертную казнь возникла неопределенность - что делать с приговоренными к исключительной мере? Вскоре указом Президента РФ все они были помилованы. Одни получили пожизненное заключение, другие - 25 лет зоны. Тогда и были созданы спецколонии «пыжиков» - «пожизненников».


Через пересыльную Сызранскую тюрьму до недавнего времени в год проходило по несколько десятков тысяч человек. Это и осужденные местные преступники, направляющиеся к месту отсидки в колонии других регионов, и иногородние зеки-транзитники, для которых Сызрань - лишь перевалочный пункт на пути следования к месту отбывания наказания.

Этапирование, согласно сложившейся традиции, проводится преимущественно ночью. Контингент в автозаках доставляют до железнодорожного вокзала. Там зеков пересаживают в «столыпинские» вагоны, которые цепляют к почтово-багажным поездам.

Попытки побегов на этапах случаются редко. Последний раз такой побег в Сызрани случился в 1976 году. Осужденный нырнул под вагон и был таков. Стрелять вслед ему конвоиры не стали, так как был большой риск зацепить пассажиров, коих на платформе в тот момент было немало. А служебных собак, которые смогли бы сработать на задержание, тогда при СИЗО не было.

Если говорить о начальниках Сызранской тюрьмы, то в разное время коллектив возглавляли разные офицеры, придерживавшиеся совершенно различных стилей и методов руководства.

Отдельного рассказа заслуживает полковник Евгении Бородин, убитый в своем подъезде осенью 1997 года. На период его пребывания в Сызрани как раз пришлись и введение моратория на расстрел, и повиданный ранее разгул преступности. За короткий срок своего руководства полковник смог построить работу в СИЗО в качественно новом ключе. Но.. в итоге его застрелил ростовский киллер, который... по мнению суда был просто застигнут Начальником СИЗО в своем подьезде, когда мочился и, сделав замечание, за это поплатился.


Народ в СИЗО разношерстный, а потому и подход к арестантам сугубо индивидуален. Граждане, помещенные впервые в изолятор, сидят отдельно от рецидивистов, так что последние не имеют возможности преподать им «урок жизни». Бывшие правоохранители тоже сидят отдельно от всех. Среди них много давно уволившихся из органов и совершивших преступления уже на «гражданке», но все равно вместе с обычными уголовниками их не содержат. Сейчас в СИЗО 168 камер. В них содержится до тысячи человек. В основном мужчины и женщины (СИЗО Сызрани сейчас единственное, где содержатся осужденные женщины). Малолеток сейчас мало. Много транзитных камер. Их везут из 18 городов и районов нашей и Ульяновской области. Рассчитанный на 982 арестанта изолятор заполняется в среднем на 80 %.

Вот сюда я и прибыл в июле 2016 года. Но об этом подробнее в следующий раз..


Источники фото и информации:
- газета "За решеткой" (№2 2010 г.)
- http://tyurma.com/syzranskoe-sizo
- Савченко В. А. Авантюристы гражданской войны: Историческое расследование — Харьков: Фолио; М: ООО «Издательство ACT», 2000.
- http://militera.lib.ru/bio/savchenko/06.html
- https://7dogs.livejournal.com/189151.html
- www.vkonline.ru
- https://volga.news/article/99484.html
- Перельштейн (Рубман) Т. Помни о них, Сион… / лит. обраб. текста Р. Рабинович-Пелед. – Иерусалим, 2003.
- https://ktv-ray.ru/novost/aleksandr-matrosov-sovershivshiy-podvig-vo-vremya-voyny-do-slujby-v-armii-sidel-v-syzranskom-izolyatore/17633/
- Сибиряк Илларион. Мемуары директора Мордовского НИИ языка, ли-тературы и этнографии. Самара. 2008
- Архив "Тольяттинского обозрения"
- "Ночная тварь" Серебряков в Куйбышеве (1969-70 гг.)
- Уличная преступность. "Банда палочников"
- Убийство Евгения Бородина
- Ольга Чугай. От тюрьмы НЕ ОТРЕКАЕМСЯ уже 100 лет
- Святой мученик Александр Медем
- Иеромонах Нифонт (Выблов Николай Григорьевич)
- https://filin-dimitry.livejournal.com/1295854.html


Tags: Бандитская Самара, Бандитская Сызрань, Бандитский Тольятти, Криминальная губерния, Олег Иванец, криминал, криминалитет, криминология, правосудие
Subscribe

  • Дело майора Суркова

    1 октября 2020 года в Самаре сотрудниками ФСБ был задержан с поличным при проведении оперативного эксперимента майор Росгвардии начальник пункта…

  • Тайны Бандитской Самары. Эпизод 1

    15 ноября 2011 года около 14:00 на ул. Свердлова в Новокуйбышевске был убит директор ТЦ "Космос" 43-летний Игорь Станкевич. По словам очевидцев,…

  • Калининградский "ритуал"

    «В Калининградской области ежегодно умирает примерно 12 тысяч человек. Умножьте эту усредненную цифру на 10 тыс. руб., это средняя цена копки…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments